Знакомства с татарами елдаш

Кумыкский мир | Освобождаясь от историографических мифов

знакомства с татарами елдаш

является одним из тюрко-татарских государств, возникших в эпоху распада великой державы . Состоялось приятное знакомство и с группой ученых из Казахстана, занимающихся Опубликовано: газета "Ёлдаш/Времена". Чтобы стыдились предков, якобы «диких кочевников» и «поганых татар». Ведь до знакомства с нами даже римские императоры ели, кажется, только. Фонетика татарского языка · Грамматика татарского языка · Русско- татарский словарь · Русско-татарский разговорник елдаш сущ см яшьтәш.

У Караярсейида было три сына: У Джансейида было два сына: Сын Ярмухаммеда — Халлымухаммед 90 по прозвищу Халлы-Ковак. У Халлы-Ковака было пять сыновей: У Багмухаммеда было два сына: У Мухама было четверо сыновей: У Адынабая было два сына: У Коджа было четверо сыновей: У Халлымухаммеда было два сына: У Оразмухаммеда было два сына: У Нури-Черре было три сына: У Кельбая было два сына: Сын Джансейида — Текемухаммед.

У Текемухаммеда было три сына: Сын Атамухаммеда — Текемухаммед. У Сахадмухаммеда было два сына: У Халнефеса было два сына: У Карабая было пятеро сыновей: Сын Кутлымурада — Яхшимухаммед по прозвищу Керман. Сын Кермана — Кутлымурад. У Султанмурада было два сына: Сын Бердымурада — Аширмухаммед. У Мухаммедмурада было два сына: Всего в первом списке строк, если не считать утраченного начала. Второй список сохранился целиком, но, к сожалению, фотоснимки оказались неудачными, а повторить их не удалось.

Поэтому около двух десятков строк остались без перевода. Некоторые сведения одного документа отсутствуют в другом, а в одинаковых кусках текста имеются разночтения. Так, в первом списке названы Малик, сын Идриса строка 16и Асур, сын Басура строка 23 ; во втором эти имена пропущены. Во втором списке строки сын Сулейман ата назван более пространно: Во втором списке строки названные сыновья Отады-ата перечислены в другой последовательности, чем в первом строки Во втором списке строки названы три сына Чинмухаммед-ата; в первом этих данных.

Количество подобных примеров можно увеличить, однако и так видно, что разночтения несущественны и большей частью объясняются ошибками или пропусками при переписке. В связи с этим ниже дается перевод только тех строк второго списка, которых нет в первом. Второй список начинается словами: Далее по строку 27 включительно идет текст, соответствующий й строкам первого списка впрочем, имя сына Кайдара написано неразборчивозатем строка 28 имена даны в следующей последовательности: С конца й строки по строку 33 включительно идет арабский текст, излагаются сведения о племени курейш: Строки 34 и Дальнейший текст по строку 39 включительно соответствует строкам 32 — 38 со слов: Мухаммед — мир ему!

Затем вновь идет текст: С середины строки 41 почти до конца й следует текст, повторяющий строки первого свитка от слов: Со строки 43 идет текст по-персидски 33которого нет в первом документе: Некоторые, умерли раньше.

И шесть дочерей было у Османа. А с этого времени [т. Дети Кульсум и Зейнаб — нет у них звания сайида, потому что они родились до пророчества, а Фатима и Рукайя родились после пророчества У него было девять сыновей, но по другому преданию — одиннадцать: Их родная мать — Умм Рукайя, а мачеха — Умм Кульсум.

знакомства с татарами елдаш

Был такой порядок прекрасным; Аллах делает превосходными из 55 своих рабов, кого захочет. Сказал пророк — мир ему! Аллах не принимает раскаяния, кроме Дальнейший текст со строки 56 по начало й соответствует строкам первого списка со слов: Текст, продолжающий ю строку вплоть до середины й строки, соответствует тексту первого списка на строках со слов: Дальше и до самого конца. У Сахада было пять сыновей: У Бабыш-ата было три сына: Его сын — Киджкелди.

Изложение об [] Айид-ата. У него было пять сыновей: Изложение о Кара-баба [втором]. Его сын — Карахейран. У него было три сына. У Адынадовлета было два сына: Изложение о Кара-баба [четвертом]. У Кара-баба было три сына: У Довлет-шиха был один сын по имени Мухаммедбакы. Его сын — Мухаммедсафа р.

У Бахбуд-ата было пять сыновей: У Ораз-ата было два сына: У Амансахада было два сына: У Великули было два сына: У Курбансахада был один сын по имени Ниязмурад. У Кара-баба [пятого] было три сына: У Мухаммедбазара был один сын по имени Аман-нияз. У Моллакарова было четыре сына: На этом второй список кончается. Русское написание имен воспроизводит оригинал, но немного расходится с современным произношением: Родословные легенды — разновидность исторических преданий. Интерес к своей истории у туркмен и огузов, к которым восходит генеалогическая традиция туркмен, не принял форму летописания видимо, летописание возникает лишь при развитой государственной власти.

Память о прошлом хранили предания, повествующие о происхождении племен, их переселениях и войнах. Трудно сказать, когда туркменские исторические предания стали впервые записываться. До нас [] дошло несколько записей сказании огузов и туркмен, сделанных средневековыми историками. Но списки исторических легенд в форме родословных были распространены и среди народа. К сожалению, таких родословных, составленных неизвестно когда и кем, в руки исследователей попало. Пока можно указать лишь на три документа: Иомудcкого 38имеющая мало общего с компилятивной версией Абу-л-гази; 2 родословная туркмен-махтумов, переведенная Г.

Карповым перевод явно неполный, недословный, с ошибками и без четкого разграничения текста оригинала и авторских пояснений 39 ; 3 исторические предания, приписанные к книге Абу-л-гази и продолжающие текст хивинского историка; этот документ, недавно приобретенный туркменскими этнографами, еще не опубликован и не переведен на русский язык Родословная седжре атинцев — один из первых документов, знакомящих нас с тем своеобразным историческим источником, который представляет собой когда-то широко известные в народе записи родословных легенд.

Знакомство с двумя неодинаковыми списками родословной туркмен-ата показывает, в частности, что переписчики подобных документов не считали нужным в точности копировать оригинал. Так, составитель первой рукописи выбросил при переписке целые абзацы, написанные по-арабски и по-персидски видимо, непонятные ему ; составитель второй скопировал их с оригинала, но не стал переносить в свой экземпляр сведения о другой родственной ветви.

Вообще переписчиков и владельцев подобных документов интересовала прежде всего своя собственная ветвь поэтому можно даже проследить, в чьи руки из перечисленных в списке людей попадал фамильный свиток. Такое отношение к седжре проявил и Чары Нарчиев, житель г. Серахса родился в г. Несколько лет назад он переписал, вернее, законспектировал для себя в тетрадке родословную, взяв за основу первую половину второго списка и вторую половину первого, причем выбрал из последней части только сведения, касающиеся его собственных предков.

Татарско-русский словарь

Эту легкость, с которой изменялся текст рукописных родословных, необходимо иметь в виду исследователям, использующим народные седжре как исторический источник. Далее, мы видим, что письменным родословным известен Гёзли-ата, потомок халифа Османа. Значит, именно эту версию следует принимать во внимание при попытках подвергнуть анализу генеалогические предания атинцев.

Рукописные седжре позволяют считать мнимым родство Гёзли-ата с [] халифом. Во второй рукописи составитель подробно рассказывает, откуда он заимствовал данные об Османе и его сыновьях.

  • Book: Здравствуй, страна героев!
  • Поиск пользователей
  • Татарский сайт знакомств

Таким образом, к доводу, на котором основано отрицание арабского происхождения атинцев отсутствие в традиционной культуре каких-либо черт, сближающих ата с арабамиможно прибавить еще один: Вместе с Османом должна быть исключена из исследования и легенда о Мерване.

Такое отношение объясняется легендами о Мерване, будто бы предке атинцев, который нанес вред пророку Мухаммеду будучи писарем пророка, вписал в Коран, что все должны Мервану подчиняться; подделал документ, по которому казнили невинного человека; способствовал гибели Хасана и Хусейна и.

Эти легенды являются слабым отзвуком сообщений мусульманских историков о правлении халифа Османа, при котором большим влиянием пользовался Мерван, сын дяди халифа.

Группа арабов, недовольная политикой Османа, потребовала у халифа, в частности, удалить из свиты Мервана. Халиф обещал это, бунтовщики отступили, но перехватили гонца с приказом халифа наместнику переловить участников мятежа и отрубить всем руки и ноги.

Возмущенные мятежники вернулись. Им объяснили, что Осман ничего не знал об этой записке; ее составил без его ведома Мерван, приложивший печать халифа. Такое разъяснение не утихомирило противников халифа, и в конце концов Осман был убит Атинцы стали жертвой своей родословной.

Такая потребность сильнее всего бывает тогда, когда генеалогическая традиция только еще начинает устанавливаться. Наверное, ко времени составления самого раннего варианта рукописи родство с Османом еще требовало доказательств. Отсюда наш интерес к вопросу: По сведениям владельцев, оба документа написаны в конце прошлого века, но неизвестно, скопированы ли они с [] древних рукописей или.

Датировать документы поможет внутренний анализ текста. Рассмотрим порядок перечисления поколений. Счет поколений лучше начинать с Гёзли-ата: В обоих списках дается перечень потомков Моллакара в первом — полнее. Воспроизведем общую схему одной ветви, не вдаваясь в детали. Но большее внимание в родословных уделено потомкам Кара-баба.

Вот одна из ветвей по первому списку: В родословной подробно указаны и потомки других сыновей Халлымухаммеда, но дальше го поколения от Гёзли-ата список не идет. Яры, сын Тувака родился в г. Во втором списке детально представлена линия потомков другого сына Караярсейида. Вот одна из ветвей: Бабыш Кара-баба второй Кара-баба четвертый Первый список сначала дает перечисление потомков Моллакара до го поколения. Здесь интересны сведения о сыновьях Халлымухаммеда е поколение. Сначала перечисляются потомки первого сына, вплоть до его внуков и правнуков, затем воспроизводится линия потомков второго сына и.

Иначе говоря, перечисление поколений идет следующим образом: Изложить сведения в таком порядке можно было только при жизни го поколения. Во втором списке потомство Моллакара доведено до го поколения. Затем следует ветвь, образованная потомками Кара-баба. Перечисляются сыновья Бабыша е поколениевнуки от одного из них и правнуки; счет доведен до го колена.

Далее запечатлено потомство другого внука Бабыша. Названы его сыновья, внуки от старшего сына и правнуки от старшего внука Довлетших, Бахбуд, Оразпотом сын и внук Довлетшиха е и е поколениясыновья Бахбуда и Ораза е поколение и внуки Бахбуда — сначала дети старшего сына, потом второго и. Заканчивается список м поколением — детьми внука Бахбуда от старшего сына.

Создается впечатление, что здесь, начиная с го поколений, имена названы в таком порядке, в каком должны были бы приписываться к родословной с течением времени. Может быть, в основе второго документа лежит рукопись, составленная при жизни го поколений.

Но не исключено, что основной текст второго списка сложился позже. Так, во второй рукописи названы четыре сына Ярвели, но нет его младшего брата, Мухаммедвели известного по первому списку.

Значит ли это, что Мухаммедвели е поколение родился позже детей своего брата, а список был составлен до его появления на свет? Скорее всего, переписчик, которого не интересовала ветвь, образованная потомками Моллакара, решил не воспроизводить ее во всех подробностях.

Пресечение линии потомства Моллакара на м поколении и потомков одного из внуков Бабыша на м поколении не может служить достаточно убедительным признаком для датировки документа, бывшего оригиналом для второго списка.

Таким образом, обе родословные не только написаны, но и составлены недавно первый описок — в последние десятилетия прошлого века, второй, очевидно, немного раньше. Но составлены они были на основе каких-то старых рукописей. Ни один из двух списков не служит оригиналом для другого об этом говорит характер расхожденийвидимо, оба документа переписаны и с разных экземпляров родословной. Сопоставляя реестр поколений, можно выяснить, какие сведения атинского седжре можно считать достоверными.

Первый свиток насчитывает двадцать поколений по линии потомков Моллакара и девятнадцать поколений по линии потомков Кара-баба. Второй список перечисляет двадцать поколений по линии потомков Кара-баба, но иной ветви, чем в первом списке. Совпадение количества поколений разных генеалогических ветвей разница в поколения допустима дает основание думать, что в рукописях названы реальные лица и в правильном порядке — начиная с того этапа, когда единый ствол родословной расчленяется на разные ветви.

Этот этап приходится на е поколения — Отлы Токум и его сыновья. Видимо, с этого времени владельцы седжре приписывали к родословной сведения о новых поколениях. Значит, при жизни го поколений начальный вариант рукописной генеалогической легенды атинцев уже существовал. Как давно это было? Двадцатое поколение от Гёзли-ата родилось в гг. Что касается первых восьми поколений, то достоверность их сомнительна.

Гёзли-ата назван в документе современником [] знаменитого суфия Ходжи Ахмеда Ясави, умершего в гг. Устные легенды добавляют, что Гёзли-ата был убит калмыками монголами Если же сосчитать, за сколько столетий должны были смениться 20 поколений, то жизнь Гёзли-ата приходится на конец, самое раннее — на начало XIV.

Абу-л-гази это не удивило бы: Но на примере 10 последних поколений родословной атинцев мы могли убедиться в обратном. Явная неувязка внутренней хронологии родословной с исторической датой говорит о том, что записано седжре было, конечно, не при жизни Гёзли-ата если верить, что это реальное лицо и не сразу после его смерти. Скорее всего, рукопись была впервые составлена в то время, с которого начинаются достоверные сведения первая половина XVII.

Перечень первых поколений после Гёзли-ата был воспроизведен по устным преданиям, а период от Адама до Гёзли-ата — по литературным источникам. Наконец, рукописные родословные указывают на связь атинцев с суфийским орденом Ясавия. В тексте, в отличие от устных легенд, прямо не говорится, что Гёзли-ата был мюридом шейха Ходжи Ахмеда Ясави, однако сомневаться в этом не приходится: Родословная предельно лаконична, большая часть ее — лишь сухое перечисление имен, и введенные да текст фразы о близости двух лиц к шейху Ходже Ахмеду Ясави говорят о том значении, которое этой близости придавалось.

Изложенный ниже этнографический материал дает новые свидетельства связи туркмен-атинцев с орденом Ясавия. Устные легенды объясняют. Один человек будто бы спросил: Легенды [] рассказывают и о случае, когда будто бы проявились его чудесные способности. Среди атинцев распространен рассказ о состязании Ходжи Ахмеда Ясави с другим пиром некоторые рассказчики называют имя: Оба пира не были в дружбе.

Шихи-Гянджи подозревал Ясави в колдовстве. Чтобы утвердиться в своих догадках, он послал своего послушника сопы с какой-то вещью; Ясави должен был узнать, что принес гонец. По одному из вариантов, это была змея, спрятанная в ящике. Ясави поручил мюриду Гёзли-ата разгадать секрет. Гёзли-ата вышел из дома, огляделся и сказал: Затем уже Ясави отправил враждебному пиру сосуд, в котором находились вместе вода, горящий уголь и кусок хлопка. Хлопок не воспламенился от огня, а огонь не погас от воды.

Это окончательно убедило Шихи-Гянджи в том, что он имеет дело с колдуном. Он приказал своим мюридам пустить в Ходжу Ахмеда Ясави невидимую стрелу батыл ок.

Ясави, конечно узнав об этом, обратился к Гёзли-ата: Гёзли-ата доложил о приближающейся стреле. Тогда Ясави сказал другому мюриду по имени Сюзюк от слова сузмек — процеживать: И Сюзюк передвинул пира, сидящего на молитвенном коврике, в другое место. Туда, где только что сидел Ясави, вонзилась стрела. Послушники увидели на стреле кровь, и Ясави повелел им отправить стрелу обратно. Ших-Шехер-Гянджи, понявший, что стрела возвращается к нему, приказал мюридам выйти на улицу, посмотреть, далеко ли.

Но его сопы ничего не увидели. Между тем стрела приближалась с ужасным шумом. Это были последние слова: В одном из рассказов стрела выбила враждебному пиру глаз, но не поразила насмерть.

Эта необычная легенда сохранила еще одно свидетельство того, что атинцы причастны к миру легенд и персонажей, связанных с фигурой Ходжи Ахмеда Ясави. Святой Сюзюк-ата туркменским верованиям неизвестен, но его почитаемая могила Сузук-ата находится в окрестностях селения Сайрам под Чимкентомкоторое считается здесь родиной Ясави; среди сайрамских святынь выделяются могилы отца Ибрайим-ата и матери Карасач-ана знаменитого мистика. Легенда о состязании пиров интересна и своими древними немусульманскими чертами.

Почему ни тот, ни другой святой, зная об опасности, не могли сами сдвинуться с места? Но такое объяснение странной неподвижности обоих суфиев не может нас удовлетворить. По верованиям мусульман, суфийскому святому совсем не надо вставать с места, чтобы остановить стрелу, ему достаточно прочесть молитву заклинание. Тем не менее в атинской легенде пир, по сути дела, беззащитен перед стрелой, и спасти его могут лишь усилия посторонних. Видимо, эта черта пира древнее суфизма.

Мы уже могли убедиться в том, что некоторые среднеазиатские, легенды о суфийских святых восходят к мифам о божествах, воплощавшихся в живых людей царей Похоже, что и в изложенной легенде запрет двигаться может быть объяснен из воззрений, строго, регламентировавших все поступки царей-жрецов или царей-богов.

знакомства с татарами елдаш

Малейшее нарушение с его стороны может нарушить все равновесие мира Когда-то японский микадо вынужден был сидеть часами на троне, застывший, подобно статуе: В преданиях о Ходже Ахмеде Ясави есть еще одна деталь, которую можно сопоставить с табу, ограничивавшими свободу обожествленных царей.

Вторую половину своей жизни Ясави будто бы провел в подземной келье Кое-где в Африке царю разрешалось выходить из дома лишь ночью Добровольное пребывание Ясави и некоторых его последователей например, ишана-таджика в селении Урангай Туркестанского р-на в подземелье объяснялось подражанием Мухаммеду: Однако это мусульманское толкование не объясняет, почему в узбекских селениях, в частности и в Чимкентской области, устраивались подземные помещения чилла-хана для молений в течение 40 суток чилла утириш.

Так, подземные чилла-хана были при мечети Хызра и при могиле Сузук-ата в Сайраме. А один сайрамский ахун 40 суток провел в молитвах в мавзолее святого Белагардан-ата. Моленья, во время которых не полагалось общаться с людьми и без крайней нужды выходить из помещения, совершались как ради спасения души, так и ради общества например, с целью вызвать дождь.

Этот обычай [] порожден верой в ритуальную пользу уединенного затворничества в подземных кельях. О древних табу заставляют вспомнить и некоторые другие поверья узбеков Чимкентской области: Вернемся к атинской легенде. Шейх Ганджи не без основания подозревает Ясави в колдовстве, но сам не лучше соперника — он первый посылает гибельную заколдованную стрелу. Каким бы ни было происхождение сюжета легенды, оба святых пира выступают в ней в роли соперничающих колдунов. Рассказ о своеобразной дуэли знаменитых суфиев весьма далек от идеологии суфизма.

О крайнем вырождении суфизма говорит судьба дервишского радения зикр в среде туркмен-ата. У атинцев зякир зыкыр, зикир или джахер 55 сохранялся как народный обычай, связь которого с суфизмом в сознании самих атинцев практически утрачена. Вот как объясняет, что такое зякир, лингвист С. Аразкулиев, исходивший в своем определении из показаний информаторов: На джахер приводят больных, припадочных и.

В качестве зрителей присутствуют женщины и дети. Это определение нельзя признать исчерпывающим и достаточно ясным, однако оно показательно тем, что здесь нет ни слова о суфизме. Рассказы моих информаторов описывают зякир следующим образом. Это — обряд, совершавшийся преимущественно для исцеления людей, которым навредили джинны сумасшедших и. Как массовое явление зякир исчез в х годах XX.

На время обряда с юрты снимали кошмы, чтобы толпа любопытных могла видеть, что происходит внутри. Иногда как будто сцепляли решетками две юрты, лишенные дверей.

Действо могло начаться и утром и вечером. Бывали случаи, когда зякир длился несколько суток, а в селении Тутлы я слышал о зякире, продолжавшемся с перерывами около месяца. Некоторые информаторы говорят, что у зякира должен быть начальник зэкирин башы — представитель высшего духовенства, ахун или ишан. Чтец нараспев громко читает по памяти стихи суфийских поэтов Дивана-и Машраба Мешреб-диванаХаким-ата, Дурды-шиха 57 ; кое-кто из стариков называет и Навои.

Видное место занимают и стихи Ходжи Ахмеда Ясави В обряде музыкального сопровождения. Чтецов, участвовавших в действе, могло быть несколько, но читал только один; когда он уставал, его сменял. Oт чтения религиозных стихов приходит в возбужденное состояние ших — центральная фигура обряда. Этому способствуют и выкрики людей, проводящих зякир. Их голоса то усиливаются, то стихают; ими руководит хапыз.

Ших выходит из себя озуни йитирйэр. Он совершает телодвижения, которые по-туркменски передаются словом падать йыкылмак. Видимо, он постоянно падает и встает В своей странной пляске ших бьется головой о решетки юрты. Один из моих информаторов видел сам, как тучный ших ловко выбирался по шесту купола через дымоход на верх кибитки, причем шест даже не прогибался. Другой старик в г. Вскоре после того, как хапыз запел стихи Дивана-и Машраба, ших упал без сознания.

Сережка-Колдун сказал, что в коммунистическом государстве самое главное — диктатура пролетариата и предложил назначить Атамана Главным Пролетарским Диктатором, который будет командовать всем нашим государством, а мы должны будем ему подчиняться. В нашем государстве Атаман установил такой же Закон, какой действовал во дворе. Сколько мы его ни убеждали, что при коммунизме будет другой Закон и все будут равны, он этой идеи уразуметь не.

Не доходило до него, хоть кол на голове теши! У Атамана были свои аргументы: Ведь он Соплю одним щелчком может пришибить. В разгар наших игр случилось непредвиденное: Мирчик сказал нам, что его папу арестовали по ошибке, получилось какое-то недоразумение. Но он, бедняга, был так расстроен случившимся, что ушел с поста наркома НКВД и вообще прекратил играть в нашу игру. Вскоре после наркома НКВД такая же участь постигла и военного наркома, то есть.

На этом наше Коммунистическое Государство Будущего распалось. Как известно, я в дальнейшем не стал крупным военным деятелем, Сережка-Колдун пропал без вести, не успев стать министром иностранных дел или большим дипломатом, о чем он мечтал. Мирчик тоже не стал славным чекистом, его жизнь трагически оборвалась в Таганской тюрьме, куда он угодил за попытку ограбления хлебной палатки в голодном году. Связался с какой-то шайкой без.

Атаман тоже пока еще не стал Главным Пролетарским Диктатором. И кто знает… В начале его послевоенной карьеры мы встретились пару. Вторая встреча была в райкоме, где он работал заведующим промышленным отделом. Он помог мне тогда с жильем. Тогда же он мне и признался, что почувствовал вкус к партийно-государственной деятельности именно с нашей детской игры, которая явилась переломным моментом в его юности. Как-то я еще раз заходил в райком, но мне сообщили, что Алексей Васильевич уже не работает там — направлен на учебу в Высшую партийную школу.

Атаман вышел на орбиту, наши пути навсегда разошлись. Спустя много лет мы столкнулись случайно лицом к лицу на Ленинском проспекте, возле моего дома. На его властном лице, словно высеченном из камня, красовались стильные очки с дымчатыми стеклами, на лацкане джерсового костюма алел депутатский значок.

От неожиданности я вскрикнул: Сначала его вопроса я не уловил. Почему Атаман наперед знал то, что еще только смутно бродило во мне? Может, потому, что набрался он марксистско-ленинской науки, которая позволяет все предвидеть? Может, даже диссертацию защитил на тему о пролетарском интернационализме?

Государство моей бабушки Я и маршал Тухачевский Когда мы с нашей пролетарской окраины за Рогожской заставой приезжали на трех трамваях к моей бабушке ездили мы к ней каждый выходной, такое уж у нее было правило, чтобы в эти дни все ее дети и внуки собирались на обед есть фаршированную рыбумы к а к будто попадали из СССР в какую-нибудь заграничную страну, куда-нибудь в Германию или даже Америку… Каждое независимое государство, большое или маленькое, имеет свою территорию, на которую иностранцев пускают только по специальным пропускам-визам, имеет охраняемые границы, собственную армию в отличной от других армий военной форме и, конечно, собственное правительство.

Государство, в котором жила моя бабушка вместе с дядей Марком, старшим братом папы, вполне удовлетворяло всем этим условиям. Оно занимало довольно обширную территорию по улице Серафимовича между Большим и Малым Каменным мостом, почти напротив Кремля через Москву-реку границы его были надежно защищены высокими железными решетками с острыми пиками и железными воротами, которые бдительно охраняла вооруженная стража.

Иностранцев пропускали на территорию по специальным пропускам, которые оформлялись со всеми строгостями: Это было государство с собственной армией, более многочисленной, чем в Великом Княжестве Люксембург, одетой в черные фуражки, черные куртки, черные брюки навыпуск и белые перчатки.

Что же касается правительства, то, собственно говоря, все население этого государства и состояло из правительства, его чад и домочадцев. Многоэтажная громадина с тремя огромными внутренними дворами, собственным универмагом, двумя кинотеатрами, клубом, с многими сотнями шикарнейших квартир с фантастическими удобствами: Это было государство в государстве.

Дядя Марк был ответственным работником в Наркомате оборонной промышленности, и поэтому ему вместе с бабушкой дали там квартиру. До этого он работал за границей, был советским торгпредом в Швеции и Чехословакии.

Дядя всегда брал бабушку с собой за границу — она была дока по части коммерции — ведь много лет ей приходилось делать хозяйственные закупки на Одесском Привозе. Интересно мне было только в квартире у бабушки, особенно в комнате дяди Марка, служившей ему кабинетом и спальней. Там между стенкой и письменным столом обычно стоял целый ряд настоящих винтовок и охотничьих ружей разных систем.

Некоторые из них были с надписями: Оружие было незаряженным, и дядя Марк разрешал мне с ним играть. Разумеется, ни Лешка-Атаман, ни Сережка-Колдун не верили тому, что я держал в собственных руках винтовку Ворошилова, Буденного или Тухачевского, но я не мог привести их в Дом Правительства, чтобы они смогли собственными глазами убедиться в истинности моих слов.

А я был ужасно горд: Помимо винтовок и пистолетов, я мог видеть и самого маршала Тухачевского, который жил в бабушкином подъезде. Однажды мы даже с ним вместе спускались в лифте. Конечно, Тухачевский был не таким знаменитым, как Ворошилов и Буденный, про него не было песен и маршей, но все-таки он был маршал!

К тому же, он был громадного роста и казался мне похожим на какого-то былинного богатыря или витязя из сказки — когда выходил из подъезда в высоком остроконечном суконном шлеме и длинной до самой земли шинели с золотыми звездами на воротнике и двумя рядами блестящих пуговиц. Он был такой мужественный, что даже гражданские вытягивались перед ним в струнку и отдавали ему честь. Когда лифт спустился, оттуда вышел обычный человек без шапки, в пальто и в костюме.

Вдруг вахтер Степан Афанасьевич, который всегда с револьвером на боку сидел за столиком у внутреннего телефона — он жил в особой квартире на первом этаже рядом с лифтом — вскочил, как угорелый, бросился к двери подъезда и замер там, щелкнув каблуками и взяв под козырек.

Дядя Марк, такой солидный, в шляпе, тоже вдруг вытянулся и взял под козырек — оказалось, что этот человек был Тухачевский. Я его не узнал и был очень удивлен: Если бы он мне встретился на улице, я даже не подумал бы, что этот обычный дяденька — маршал Тухачевский! Я был убежден, что он действительно шпион: Разумеется, я больше уже не хвастался, что видел Тухачевского. В армии на политбеседах нам часто говорили: Нельзя себе даже представить, что произошло бы, если бы эти шпионы в момент вероломного нападения фашистской Германии оказались в рядах Красной Армии!

Надо сказать спасибо товарищу Сталину за то, что он, с присущей ему мудростью, предотвратил эту страшную опасность и спас нас всех от гибели! Я вспоминал Тухачевского в пальто и мысленно благодарил товарища Сталина за его мудрость.

И еще я думал: С известным конструктором советской авиации профессором Туполевым он был не только связан по работе, но и дружил. Туполев иногда бывал у него — специально заходил покушать бабушкину фаршированную рыбу, как он утверждал.

Он был очень веселым человеком, любил пошутить. Бабушка хорошо разбиралась в людях, она очень уважала профессора. Но она в нем ошиблась. Как говорится, и на старуху бывает проруха. Туполева я видел несколько раз и у дяди и в Наркомате, куда дядя меня иногда брал посмотреть всякие модели самолетов, которые находились в его кабинете.

Своих детей у дяди Марка не было, и он был очень привязан к племянникам, а ко мне в особенности, после того, как умерла моя мама. Он даже намеревался меня усыновить и, если бы не болезнь и смерть бабушки, он, наверно, это осуществил.

Бабушка стала таять буквально на глазах. У нее обнаружили рак. Наши семейные сборы пришлось отменить. Удары, обрушившиеся на нашу семью, начались с бабушкиной смерти. Из всех несчастий самым ошеломляющим явился для меня арест дяди Марка. Он был арестован по так называемому делу Туполева. После похорон бабушки дядя Марк оказался в кремлевской больнице с сердечным приступом.

Прямо оттуда его забрали в Бутырскую тюрьму.

знакомства с татарами елдаш

Как обычно от меня все это долго скрывали. Все взрослые в нашем семействе трогательно оберегали друг друга от всяких волнений и неприятностей. Когда у папы начались неприятности, это стали скрывать от бабушки, чтобы она не нервничала и не переживала.

Когда выяснилось, что у бабушки рак, это стали скрывать от дяди Марка, потому что у него больное сердце и. А в конце концов получалось только хуже. Верховодила этой тайной политикой тетя. Что касается меня, то у нее вообще была такая теория, что детям нечего совать нос в дела взрослых. Поэтому от меня пытались скрыть все: А я, между прочим, все знал: Она, по простоте своей, этой тетиной политики не понимала и считала, что в семье ничего нельзя друг от друга скрывать.

Массовые аресты в Доме Правительства начались еще при жизни бабушки. По словам тети, умирая, бабушка сказала: Катастрофа бабушкиного государства произошла на моих глазах. Конечно, оно не провалилось на морское дно, как Атлантида, и не было разрушено извержением вулкана, подобно Помпее. Если бы в годах существовало атомное оружие, то можно было бы даже предположить, что в Доме Правительства тогда взорвалась нейтронная бомба, уничтожившая человеческие жизни, но не повредившая сам дом.

Он, по-прежнему, высится возле Большого Каменного моста, а об испарившихся его обитателях напоминает лишь несколько мемориальных досок на его угрюмых стенах. Если бы мой друг детства и наставник Карл Маркс проживал в Доме Правительства, скорее всего, сам бы оказался в рядах этой бессмертной гвардии, и тогда, возможно, по-иному зазвучал бы его бессмертный лозунг: Туполев не стал призраком, он остался жив.

О предательстве Туполева на фронте было широко известно. Как известно, после войны Туполев был реабилитирован и стал одной из наиболее популярных в Советском Союзе личностей, получив все наивысшие звания, чины и награды.

Имя его буквально стало легендарным благодаря его вкладу в развитие советской авиации. Думаю, что Туполев никаких тайн немцам не продал, но то, что он продал моего дядю, Марка Самойловича Миронова Полякаэто — факт.

Кумыкский мир

Дядя Марк погиб на Колыме в году примерно в то время, когда я высаживался на Керченский плацдарм. О гибели его мы узнали лишь через пять лет. А на кратком свидании с тетей в больнице Бутырской тюрьмы он сказал: Разумеется, тетя, верная своей политике, не открывала мне тайны до тех пор, пока академик Туполев, генерал-полковник, генеральный конструктор, многожды герой и лауреат, не был выдвинут кандидатом в депутаты Верховного Совета СССР по нашему избирательному округу.

И тогда тетя поведала мне обо всем, чтобы осуществить свой план отмщения: И это с моим-то легендарным прошлым!

знакомства с татарами елдаш

Здравствуй, страна героев, и я вместе со всем полком подхватывал вдохновляющий припев: Нам нет преград ни в море, ни на суше, Нам не страшны ни льды, ни облака… Кажется, в те минуты я, еще не будучи придурком в стрелковой роте, принял решение повторить подвиг Матросова.

Мог ли я тогда представить себе, до какой жизни докачусь? Мое самолюбие было очень уязвлено. В здании Академии осталась лишь ее административно-хозяйственная часть и начальство — генерал-лейтенант Веревкин-Рохальский, начальник Академии, так же, как и ее комиссар Калинин как нам успели сообщить, родственник всесоюзного старосты Михаила Ивановича Калининаподобно капитанам тонущего корабля, покидали свои посты последними.

Начальник Академии, когда-то знавший моего папу, взял его вместе со мной в эшелон, который должен был выехать в Уфу 21 или 22 октября. Конечно, все это дело организовала тетя, она звонила генералу и хлопотала за папу. Тетя, как всегда, командовала нами. Она решила, что папа должен ехать разыскивать свой институт, где его восстановили на работе накануне войны, а институт 16 октября убежал из Москвы в неизвестном направлении.

Я уже договорился с соседом по квартире дядей Федей, что пойду к нему в истребительный батальон, который он организовал в помещении нашей школы. Тетя решительно воспротивилась. Она заявила, что мой долг в этот трудный момент — помочь больному папе, который почти ничего не видит, а без меня не сможет найти свою работу и стать полезным стране. Конечно же, все получилось наоборот. Вместо того, чтобы помогать папе, я в Уфе тяжело заболел, и ему самому пришлось со мной возиться.

Я стал для него только лишней обузой. Комиссар Академии Калинин был очень недоволен распоряжением начальника. Не стесняясь нашего присутствия, он сказал генералу: Как на довольствие их брать?

Старика одного я бы еще как-нибудь пристроил, а для молодого придурка у меня места нет! Все же нас определили в одну теплушку с забытыми впопыхах в Москве генеральскими тещами и бывшими женами какого-то начальства. Среди придурков женского пола было несколько жен слушателей Академии, посланных на фронт с начальных курсов. Если память мне не изменяет, одна скромная дама представилась женой подполковника Гречко.

Слышал я в нашей теплушке и другие, не менее громкие фамилии: Конева, Черняховская, хотя и не помню, кем эти особы приходились будущим знаменитым полководцам — тещами, свояченицами или племянницами. Какой-то генерал, видимо, в спешке ошибся: Законная супруга, естественно, жаждала поскорей добраться до мужа, в вагоне ей сочувствовали, а она всю дорогу причитала: Он у меня будет знать, придурок окаянный! В деревне так называли всяких дурачков. Моя няня часто меня ругала.

В военном лексиконе этот термин имел совсем иное происхождение. Как известно, военный язык отличается лаконизмом, и поэтому в нем всякие длинные наименования обычно заменяются сокращенными словами. Среди комсостава этим емким словом стали называть всяких выскочек и выдвиженцев на высокие командные должности, которых в Красной армии расплодилось особенно много в предвоенные годы, после сталинских чисток.

Тогда наиболее квалифицированный и способный командный состав Красной армии, имевший боевой опыт и прошедший через академии, был передислоцирован из военных лагерей и штабов в спецлагеря НКВД и там ликвидирован за редким исключением. Таким исключением, на его счастье, оказался разжалованный полковник Рокоссовский, который, говорят, имел стеклянный глаз, вместо настоящего, выбитого ему в период нарушения ленинских норм в спецлагере.

У папы было много друзей и знакомых из высшего комсостава, с которыми он когда-то учился в Военной Академии. Вероятно, они были не менее компетентными в военном деле, чем Рокоссовский и не менее успешно могли бы противостоять кадровым генералам Вермахта. Они не стали маршалами по причине все тех же нарушений ленинских норм. Как и Рокоссовский, они были поляки. Мы очень дружили с семьей комбригов.

Достаточно сказать, что в домработницах у них служила родная тетя моей няни. Их дети Ленька и Фелка были на несколько лет младше. В году супруги-комбриги были переведены в Харьковский военный округ и там арестованы, а Ленька и Фелка попали в детдом — так мне сказала няня. Из папиных друзей-военных я так же близко знал дядю Павла, папиного друга еще со времен гражданской войны. С его сыном Шуркой мы дружили. Дядя Павел не раз бывал за границей, с маршалом Тухачевским он был связан личной дружбой, за что и поплатился.

Его обвинили в утрате бдительности. Дядя Павел уцелел, после реабилитации он даже получил генеральский чин, но служить не. Во время войны он был сослан в Красноярский край, все его просьбы об отправке в действующую армию даже в качестве рядового были отклонены. Кстати, бывший его адъютант, случайно избежавший ареста, на фронте стал генерал-лейтенантом.

Ответственный пост в Красной армии занимал наш родственник, племянник моей бабушки, Урицкий, живший с ней по соседству в Доме правительства. Не могу себе представить, чтобы такой живой, энергичный и волевой человек, каким был комкор Урицкий, располагая данными о назначенном на 22 июня нападении немцев, мог бы спокойно ждать развития событий, не смея противоречить товарищу Сталину, убежденному в благородстве своего верного союзника Гитлера.

Зато так поступил генерал Голиков, занявший пост начальника разведки Красной армии после ареста и расстрела дяди Семена. На карьере генерала Голикова этот провал нисколько не отразился, он стал маршалом.

Говорят, у товарища Сталина было чутье на врагов народа — не знаю, верно ли это, но из всех папиных друзей-приятелей по Военной Академии не был арестован лишь один А. Власов, сослуживец тети Оли Минской. Когда перед войной для высшего комсостава были введены генеральские звания, он оказался в числе первых советских генералов. В числе первых он и изменил товарищу Сталину.

Это свидетельствует о том, что и товарищ Сталин иногда ошибался в людях. Его политическая отсталость, по-видимому, все-таки дала о себе знать впоследствии. Как известно, Власов, будучи способным военным, в политике действительно оказался полным придурком. Когда я мысленно сравнивал этих людей с теми блестящими военными, память о которых была у меня еще свежа, то они и вправду казались мне не настоящими генералами, а какими-то серыми, убогими придурками, случайно надевшими генеральскую форму.

Разумеется, мне, рядовому солдату, не пристало судить об их полководческих талантах, зато на этот счет я слышал немало убийственных отзывов штабных офицеров. У меня же был один критерий, по которому я судил о военных. Все папины друзья-военные, арестованные в 37—38 годах, были заядлыми шахматистами. Мальчишкой в 12—13 лет я играл в шахматы уже на приличном уровне и, бывало, побеждал некоторых военных специалистов в шахматных баталиях. Представить себе генерала, даже не имеющего понятия о шахматной игре или, в лучшем случае, играющего на уровне слабого третьеразрядника, я не.

Это в моей голове не укладывалось.

знакомства с татарами елдаш

Обычно все штабные оперативники в шахматы играли. Начальник оперативного отдела штаба 3-го горно-стрелкового корпуса полковник Кузнецов был довольно сильным шахматистом. Неплохо играл и начальник оперативного отдела штаба ой гвардейской горно-стрелковой дивизии подполковник Иванов, мой хороший приятель, несмотря на нашу разницу в возрасте и в чинах.

И подполковник Иванов, и полковник Кузнецов были прекрасными специалистами своего дела, но почему-то карьеры не сделали. А они могли бы стать, на мой взгляд, настоящими генералами. На их долю выпала участь штабных ишаков, вывозивших на своих горбах самую тяжелую и неблагодарную работу, а почести и награды доставались вышестоящему начальству, которое их цепко при себе держало и было незаинтересовано в продвижении по службе столь ценных работников.

Я уже упоминал о двух горе-генералах Григорьеве и Веденине, командовавших нашим 3-им горно-стрелковым корпусом. Правда, о прежнем комкоре, генерале Лучинском, в оперативном отделе отзывались очень хорошо. Лучинский, тоже начавший войну в небольших чинах, впоследствии стал генералом армии и занимал большую должность. Конечно, среди генерал-придурков попадались и дельные мужики, которые в ходе войны, учась на своих ошибках, превратились в прославленных военачальников.

Он украл у товарища Сталина его мудрый лозунг: В результате этого хитрого маневра он получил такой перевес на первом этапе войны, что если бы не полководческий гений товарища Сталина, нам не одержать бы Великой Победы. Товарищ Сталин жестоко отомстил Гитлеру за плагиат, он предпринял ответный маневр: Жалкий маньяк Гитлер с его больной фантазией оказался неспособен на ответ, потому и кончил плохо, отравился крысиным ядом в своем логове под развалинами имперской канцелярии в Берлине.

Этот термин употреблялся не только для обозначения определенной категории лиц командно-начальствующего состава. Придурками также именовали некоторых солдат и сержантов, пристраивавшихся в тылу и считавших дурачками тех, кто погибал на передовой.

Народ это был хваткий, прагматически настроенный, но, как говорят, в семье не без урода. Придурок-идеалист Как только я был мобилизован в армию, нашу команду из военкомата препроводили на пересыльный пункт, помещавшийся в школьном здании на Переведеновке. В школьном вестибюле толпилась самая разношерстная публика. Были такие, как я, в гражданской одежде, с узлами, рюкзаками, чемоданами и даже домашними авоськами.

Были солдаты с вещмешками, видимо, выписанные из госпиталей. В толпе шныряли какие-то темные личности в грязных ватниках, своим видом никакого доверия не внушавшие.

Сопровождающий сразу же предупредил: Мы оба были в очках. Я бы не решился подойти к нему первым, хотя сразу почуял в нем единственную родственную душу среди всего этого сброда. Высокий джентльмен подошел ко мне. Я был весьма изумлен, увидев в его авоське складные удочки, мармышки, черпачки, сачки и другие принадлежности для рыболовства, включая баночки с наживкой. В моем рюкзаке при ходьбе гремели и перекатывались внутри доски шахматные фигуры, которые я взял с собой в армию.

Но шахматы — это все-таки не удочки. Не только я, вся толпа глядела на эти удочки с таким ошалелым изумлением, что никто даже не решился спросить Всеволода Ивановича: Не успели мы с ним переброситься несколькими словами, как раздалась команда: Нас сразу же разлучили из-за его высокого роста. Он оказался в строю правофланговым, а я где-то в середке. Я представлял себе, что первым делом будут выяснять, кто служил в армии, кто бывал на фронте, имел ранения, кто пулеметчик, танкист или санитар.

К слову скажу, что и я ухитрился побывать на фронте еще в шестнадцать лет и успел даже каким-то чудом выбраться из немецкого окружения под Ярцевом и даже получить легкое осколочное ранение.

В Москву вернулся в начале октября, причем вернулся, сам того не ожидая. Из-под Вязьмы, уже занятой немцами, мы лесами пробирались к своим, на фронт, а вышли на какую-то станцию под Малоярославцем, где был тыл. Кого ни спрашивали из местных, где Красная армия, никто ничего не. А тут как раз подошел дачный поезд, мы сели и поехали в Москву по домам.

Так что я тоже считал себя обстрелянным человеком, несмотря на то, что и винтовки в руках не держал. Честно говоря, я и войны-то не видел, хотя побывал во многих передрягах, драпая от Смоленска до Москвы.

Но теперь другое дело — теперь я в армии и попаду на настоящую войну… К моему разочарованию, старшина почему-то не стал вызывать обстрелянных людей. Несколько человек вышло из строя. И парикмахеры отошли в сторонку и стали закуривать. За парикмахерами последовали сапожники, плотники, повара… Меня, естественно, все это не касалось. Правда, в Уфе я поступил учеником слесаря-сборщика на моторный завод, но из-за болезни проработал в этой должности только две недели.

В Ташкенте, где оказался папин институт мирового хозяйства, я немного поработал чертежником и учился в вечерней школе. Там я хотел поступить учиться в институт, так как для военной службы меня признали непригодным из-за плохого зрения. Мне выдали белый билет, каковым мои мечты о военной карьере были перечеркнуты. Но и белобилетником я тоже недолго просуществовал. Спустя три дня, после того, как я предъявил билет в военкомат для оформления прописки, мне пришла повестка о призыве в ряды Красной армии.

Тогда я этому страшно удивился, лишь позже, уже эмигрировав из СССР, я убедился, что и в других военкоматах мира такой же бардак. Судьба снова предоставила мне шанс, который я не захотел упустить.